Персональная страница FARSEL'a

Когда Томми Дорси ушел со сцены "Глен Айленд казино" и, стало быть, из оркестра братьев Дорси тем весенним вечером 1935 года, он не имел никакого представления, куда ему идти. Он мог сделать самое простое и легкое — снова вернуться на радио и в студии записи, где он смог бы зарабатывать кучу денег, и отказаться от мысли когда-либо иметь свой собственный бэнд. Но те, кто знал Томми Дорси лучше, понимали, что он никогда не пойдет на это. Ибо Томми, который вскоре достиг славы и известности в качестве "Сентиментального джентльмена свинга" (как его называли), всегда был настоящим бойцом (часто весьма воинственным), с острым умом, едким языком и чувством собственного достоинства. Он отличался глубокой уверенностью в себе и чувствовал, что может делать многие вещи гораздо лучше, чем многие другие люди. И не раз он бывал в этом абсолютно прав.

Но на этот раз он ушел, чтобы доказать только одну вещь - что он может иметь лучший бэнд, чем его брат Джимми. И он это доказал. Ретроспективно в истории биг-бэндов оркестр Томми Дорси должен считаться величайшим из всех танцевальных бэндов. Одни могли звучать более творчески, другие отличались большим свингом, третьи имели более характерный стиль. Но из сотен известных бэндов оркестр Томми Дорси мог делать многое лучше, чем любой другой. Он мог свинговать наравне с наилучшими – в начале, когда там были "звезды" вроде трубачей Банни Беригана и Пи-Ви Эрвина, тенориста Бада Фримена, кларнетиста Джонни Минса, ударника Дэйва Тафа и аранжировщика Дина Кинкэйда, и позже, когда в него пришли трубач Зигги Элман, тенорист Дон Лодис, кларнетист Бадди ДеФранко, ударник Бадди Рич и аранжировщик Сай Оливер.

Конечно, оркестры Эллингтона, Гудмена, Лансфорда и Бэйси могли пересвинговать Дорси. Но зато они не смогли бы сравниться с ним в других отношениях. К примеру, ни один из них не мог бы встать рядом с бэндом Томми, если дело касалось исполнения баллад. Томии Дорси, этот "сентиментальный джентльмен свинга", был мастером создания настроений - теплых, сентиментальных и прочих музыкальных настроений, сохраняя при этом превосходный танцевальный темп. Более того, Томми умел подбирать таких аранжировщиков, которые могли бы поддерживать эти настроения – Пол Вестон, Аксел Стордал и Дик Дхонс. И он представлял публике таких вокалистов, которые умели передать эти настроения прекрасным образом — Джек Леонард, Фрэнк Синатра, Джо Стаффорд, группа "Пайд Пайперс" и другие. Возможно, лишь за исключением оркестра Клода Торнхилла, ни один другой бэнд не мог трансформировать баллады с таким эффектом и музыкальностью.

И, конечно, сверх всего был тромбон самого Томми. Часто говорили, что его бэнд держится на аранжировках, сайдменах и певцах, однако за 20 лет своего почти непрерывного существования оркестр сохранял особое, и отличное от других звучание именно благодаря теплым, мягким и порой действительно сентиментальным тонам инструмента своего лидера.

Швейцарское интернет-радио. Включает в себя сразу несколько станций: классика, опера, традиционный и современный джаз. Вещает чуть ли не во всех известных форматах, в приличном качестве.

Пишут о себе:

RadioCrazy Classical&Jazz is a non-profit organization and one of the largest Internet radio services in Switzerland. We offer several classical and jazz streams. The station plays rare and legendary recordings mainly from original shellac vinyls. On August 2nd, 2002 RadioCrazy launched in Berlin/Germany as a Swiss-German online radio service. In 2005 the organization moved back to Switzerland.

Самая лучшая из всех интернет-радиостанций традиционного джаза и свинга. Во всяком случае, самая моя любимая. Вещает прямо по моему списку биг-бэндов, плюс Элла Фитцджеральд, Фрэнк Синатра, Джуди Гарланд, Фред Астер, Оскар Питерсон, Эррол Гарнер и другие - 24 часа в сутки без рекламы. Можете и сами убедиться:

Каков наборчик, а? Просто кайф!!! И так все время!

В предыдущем перечне не упоминалась, поскольку в тот момент прекратила вещание - видимо, деньги тогда кончились. Основатель постоянно собирает деньги на дальнейшее развитие. Я бы дал, да самому не хватает ;-).

Сейчас работает без перебоев. Иногда и классику, и оперные арии там слушаю - под настроение.

В общем, не просто рекомендую, а считаю, что ее просто необходимо слушать всем любителям традиционного джаза и свинга. Я сам почти только её и гоняю.

Чик Уэбб - это легенда. "Я никогда не забуду эту ночь", - писал несколько лет тому назад Джин Крупа, - "ту самую ночь, когда оркестр Бенни Гудмена состязался с бэндом Чика в "Savoy Ballroom". Чик просто разорвал меня в клочья, я чувствовал себя ужасно маленьким перед им. Этот человек был воплощением динамики, он мог достигать немыслимых высот. Когда он действительно давал себе свободу, вы чувствовали, как вся атмосфера в зале заряжалась электричеством. Если он приходил в такое состояние, то мог переиграть любого из нас".

"Битва оркестров", о которой упоминает Джин, имела место на территории Чика Уэбба, в танцзале "Savoy Ballroom", в Гарлеме. Она происходила 11 мая 1937 года и бэнд Гудмена, только достигнув пика своей славы, надеялся показать людям верхней части города, где расположен Гарлем, насколько он велик на самом деле. Это действительно была та еще ночь! Полиция вынуждена была оцепить обе сцены, пожарные команды были наготове, чтобы разогнать толпу (4 тысячи внутри плюс 5 тысяч человек снаружи) в случае беспорядков, а два биг-бэнда, черный и белый, сражались друг с другом в течение нескольких часов. В своем тогдашнем репортаже я отмечал, что оркестр Бэнни играл первым и произвел сильное впечатление. Затем за дело принялись ребята Уэбба и "буквально сдули крышу с "Сэвоя". Толпа визжала, ревела, кричала и свистела в полном исступлении". С этого момента вел шоу уже бэнд Уэбба и, согласно мнению большинства людей, бывших там той ночью, Чик наголову разгромил компанию Гудмена.

Для тех из нас, кто регулярно посещал "Трэк" (название "Сэвоя" для посвященных), этот результат не был особенно удивительным. Маленький Чик имел в те дни чертовски хороший бэнд, и хотя он теперь больше известен как оркестр, впервые открывший и представивший Эллу Фитцджералд, он также исполнял первоклассный инструментальный джаз. Запальной свечой бэнда был, конечно, сам Чик, маленький горбун, который едва доставал ногой до педали большого барабана. По мнению других барабанщиков, он никогда не отличался выдающейся техникой игры на своем инструменте, так как не обладал необходимой физической силой и выносливостью, однако он умел создать такой драйв, просто ведя ритм и взрываясь "брейками" в нужные моменты, что, как заметил Джин Крупа, мог наэлектризовать атмосферу любого места, где он играл.

Когда люди вспоминают Кэба Кэллоуэя, они неизменно называют его вещи типа "Hi-De-Ho" и прочие крикливые "новинки", пущенные им в обращение, с помощью которых он пытался произнести впечатление на публику в «Коттон клабе" в начале 1930-х годов. Но лучше бы они вспомнили о том, каким он был в начале 1940-х годов, когда Кэб руководил одной из действительно великих групп всей эры биг-бэндов, которую, к сожалению, помнит слишком мало людей и которая теперь вообще очень редко упоминается кем-либо, за исключением музыкантов. Тем не менее, этот бэнд, с его богатым и чистым ансамблевым звучанием, своими блестящими солистами, своим убедительным свингом и прекрасным джазовым духом, должен рассматриваться в качестве самого главного вклада Кэллоуэя в американскую музыку.

В январском номере "Метронома" за 1943 г. критик Барри Уланов писал: "Многие ли люди понимают, каким великим бэндом Кэб руководит в настоящее время — бэндом, экстраординарным в любом отношении, с его прекрасной музыкальностью, джазовой атмосферой и блестящей подачей. Это один из самых великолепных составов наших дней". Другой автор, Гарри Лим, 14 месяцев спустя писал о том, что впечатление, которое производит бэнд, определяется самими его музыкантами.

Он был не одинок в своей наблюдательности. Кэллоуэй сам однажды говорил мне: "Я впереди оркестра исполняю свои штучки, но именно музыканты делают этот бэнд таким, каков он есть". Он также признавал (как это замечали многие из нас, кто слушал его музыку в течении ряда лет), что "долгое время в бэнде было что-то упущено, но никто не мог сказать, чего же в чем не хватало. Примерно 4 месяца тому назад, когда мы были в Нью-Йорке, я послал за Бастером Хардингом, который стал музыкальным директором оркестра и писал все аранжировки. Он вдохновил нас всех. Вот почему ребята заиграли так здорово. И теперь, впервые в своей жизни, у меня такой бэнд, которым я действительно могу гордиться. Хардинг и все остальные сами создали для меня настоящий оркестр, перед которым мне не стыдно стоять".

Но оркестр, который "они" создали, был в действительности создан самим Кэбом. Ибо, несмотря на тот факт, что он давал своим людям много свободы, именно он был лидером, тем человеком, который собрал к придал окончательную форму этой выдающейся группе, где в течение нескольких лет расцвета играли такие "звезды", как тенорист Чу Бэрри и Бен Уэбстер, трубачи Диззи Гиллеспи и Джона Джонс, альтист Хилтон Джефферсон, басист Милт Хинтон и ударник Кози Коул.

Кэллоуэй выделялся среди большинства других лидеров (особенно цветных бэндов) тем, что он был в состоянии платить своим музыкантам весьма приличные деньги, что он и делал. Этим самым он оказывал им как музыкальную, так и финансовую поддержку, создавая у них чувство уверенности. Поэтому неудивительно, что общее настроение в оркестре всегда было на высоте и это, естественно, отражалось на исполняемой им музыке.

Сам Кэллоуэй, медленные баллады которого всегда впечатляли меня больше, чем его вокальные клоунады, был исключительно живым, подвижным человеком, остроумным и полным чувства юмора. Когда биг-бэнды стали исчезать с джазового горизонта, Кэб некоторое время работал с малой группой и даже выступал в одиночку как "звезда", потом снимался в кино, а однажды появился и на оперной сцене в роли Спортинга Лайфа в "Порги и Бэсс" Гершвина во время гастролей по Европе и США. Большинство людей будет вспоминать его как "Принца Хай-де-хо",но по крайней мере некоторые из нас будут всегда восхищаться им и помнить его за тот. великий бэнд, которым он руководил в начале 30-х годов.